Нам агрессивно рассказывают со всех сторон какой плохой социализм. Нам, которые жили там. А давайте объективно рассмотрим отличие этих двух моделей экономики.
Никакой лирики, сопливой романтики и политической подоплеки. Только самое существенное отличие (которое влечет за собой все остальные). Только экономика.
В чем основное различие между социалистической и капиталистической моделями экономики? В количестве работодателей.
При капитализме сколько работодателей? Бесконечное количество. В силу возможности заниматься предпринимательской деятельностью любому гражданину страны.
При социализме работодатель один — государство.
Если работодателей много — среди них появляется конкуренция за прибыль на внутреннем рынке.
Чтобы увеличить прибыль, необходимо увеличивать оборот и снижать издержки на производство, на себестоимость продукции.
Снижать себестоимость можно разными путями. В том числе и меньшими усилиями по охране труда, по очистке сбросов и выбросов. Проблема тут только в одном — в нормах по качестве воздуха, например. т.е. в ПДК веществ, которые утверждаются законодательно!
И если работодателей в стране много, они имеют возможность влиять на законодательные органы. И требовать установить удобные нормы ПДК, например. Что и снизит издержки производства.
При социалистической экономике работодатель один. И у него просто нет конкуренции на внутреннем рынке. И он вполне может позволить себе лучше заботиться о своих потенциальных сотрудниках (они же — граждане государства).
И, например, установить строгие нормы ПДК (предельно допустимые концентрации вредных веществ). Что и было в Советском Союзе.
Нам от СССР достались в наследство такие нормы: для общетоксических веществ нормы ПДК установлены с двукратным запасом ( по сравнению с тем количеством вещества, действие которого могут ощутить наиболее чувствительные люди). А по канцерогенным веществам, ПДК заложены с десятикратным запасом.
И это были самые строгие нормы ПДК в мире. А значит, даже если что-то произошло и ПДК превышено, то это наши ПДК! И скорее всего вреда здоровью это превышение не принесет. Ну, если только в 20 раз не превысит.
Вредные условия труда
Кроме того, социалистическая модель экономики может позволить себе работников, для которых рабочие места будут определены, как вредные условия труда. А также повышенная вредность труда по тяжести и напряженности. А это значит — будут дополнительные выплаты по вредности, короткие рабочие смены и длинные отпуска. А что? Конкуренции нет, сам себе хозяин в своем государстве, могу себе позволить.
При капиталистической модели вредность труда — непозволительная роскошь. А значит, необходимо менять процедуру оценки рабочих мест и, опять же, нормы. И такое лоббирование на уменьшение определения вредности происходит во всех странах.
И у нас уже почти 30 лет капитализм. Кто работает на производстве, заметили? Аттестация рабочих мест сменилась на упрощенную оценку. У многих профессий снизили вредность или даже вообще ее убрали.
И короновирс.
На первых порах COVID-19 сравнивали с сезонным гриппом. Однако очень скоро стало понятно: коронавирус намного заразнее, и смертность от него гораздо выше. Кроме того, эксперты утверждают, что количество жертв в дальнейшем будет расти пугающими темпами (20 марта только в Италии от COVID-19 умерло свыше 600 человек, а количество заражённых превысило показатели Китая).
Причина — кризис системы здравоохранения в большинстве стран мира. Иными словами, больницы окажутся не в состоянии принять стремительно увеличивающееся количество пациентов, находящихся в тяжёлом состоянии. В первую очередь, дефицитными станут аппараты искусственной вентиляции лёгких — уже сейчас в той же Италии врачи в прямом смысле слова вынуждены решать, кому жить, а кому умереть: систем жизнеобеспечения попросту не хватает на всех. Но как же так вышло, что в развитых странах с мощнейшей экономикой нет ресурсов, чтобы спасти жизни граждан?
Причина проста, и имя её — капиталистическая система. Оптимизация медицины в рамках неолиберального курса привела к значительному сокращению лечебных учреждений и уходу многих специалистов из данной отрасли. В результате, пока тысячи людей задыхаются, некому обеспечить их приборами ИВЛ — нет ни кадров, ни оборудования, ни помещений, поскольку содержать всё это в «мирный период» нерентабельно. Резко развернуть капиталистическую экономику и наладить производство всего необходимого тоже невозможно — на пути стоит непреодолимое препятствие в виде монополий и патентов. Так, попытка двух итальянских волонтёров начать производство клапанов для системы искусственной вентиляции лёгких на 3D принтере едва не обернулось судебным иском — компания монополист обвинила их в нарушении патентного права.
Существует и ещё одна проблема — длительный карантин для рыночной экономики страшен едва ли не больше, чем смерть тысяч человек от коронавируса: платить больничные в большинстве буржуазных стран не принято, а потерявшие доходы граждане не смогут приобретать товары и услуги. А это — приговор для общества потребления и всей капиталистической системы.
А что у нас?
Несмотря на то, что российские СМИ стремятся успокоить граждан, надеяться на то, что вирус пройдёт для России без последствий не приходится. И в первую очередь, последствия от него будут иметь экономический характер — даже при всех объявленных льготах для предприятий, доходы населения будут неуклонно снижаться: даже официальный больничный позволяет рассчитывать лишь на определённый процент от обычного дохода (минус премии и надбавки за эффективность). А вот гражданам, работающим без официального оформления, или по так называемым «серым схемам» (а это минимум 24 миллиона человек) придётся совсем туго — их финансовые потери могут составить до 90% от дохода. Для этой же категории неизбежными окажутся «вынужденные сокращения» и отпуска «за свой счёт». Кроме того, банкротство из-за пандемии угрожает как минимум 3 миллионам предпринимателей — а это означает потерю рабочих мест и ещё один удар для экономики. Отдельно стоит отметить, что спасать граждан дополнительными финансовыми мерами власти не намерены — Центральный банк России в лице Председателя Эльвиры Набиуллиной отверг идею ввести денежные выплаты гражданам для поддержки населения в период пандемии.
Не минует стороной граждан России и уже описанные проблемы системы здравоохранения. С 2000 года в РФ прекратили работу свыше 5000 больниц и более 3000 поликлиник, а «частный сектор», на который так уповали авторы идеи оптимизации социальной сферы, так и не смог в должной мере прийти на смену системе государственного здравоохранения. Даже в относительно спокойный период граждане регулярно жалуются на очереди и плохое качество медицинской помощи, а медицинские работники — на неадекватную нагрузку. Страшно даже представить, что начнётся во время пика пандемии.
Экономика для людей, или люди для экономики?
На этот, казалось бы, простой вопрос мир сегодня даёт однозначный ответ — экономика важнее. Эксперты от экономики уже открыто призывают не тратить ресурсы на спасение больных — так, в Италии поступило предложение спасать только молодых (ведь они могут потом работать и потреблять, а старики всё равно умрут), а профессора Стэнфордского университета подготовили заявление, в котором содержится призыв отменить все карантинные мероприятия — таким образом пик болезни станет наиболее смертоносным, но потом нагрузка на систему здравоохранения быстро снизится, а люди смогут вернуться к работе.
Так, что когда сегодня в новостях говорят о том, что люди прогибают от коронавируса — это лукавство. Люди погибают от отсутствия медицинской помощи! Строгое соблюдение карантинных мероприятий, система больничных и пособий и самое главное — развитая система медицинского обеспечения, готовая к возникновению эпидемии — вот залог победы над пандемией. Этого можно было бы добиться всего лишь благодаря справедливому распределению ресурсов в обществе. Не вирус убивает людей, а капитализм!